Rock Oracle - АКАДО

ROCK ORACLE №3/4 2013


СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ

ROCK ORACLE №3 06/2009



AKADO
— одна из немногих групп, которые не имеют аналогов на отечественной сцене. Её можно сравнить разве что с японскими джей-рок командами. Сегодня AKADO успешны и востребованы, их ждут с концертами во всех городах России. В нашем интервью группа откровенно отвечает на острые вопросы, рассматривает перспективу выступления на Евровидении, а также подробно рассказывает о своём творчестве.

Когда и как была создана группа?

Shatenew: Несмотря на то, что до 2002 года группа уже существовала, играя другую музыку под другими названиями, я считаю именно этот год началом нашего творческого пути, ибо именно тогда я придумал окончательное название для группы — AKADO. Тогда же в моей голове все странным образом встало на свои места, и я точно понял, какой должна быть группа и в каком направлении нам следует двигаться. AKADO в том виде, в котором вы знаете её сейчас, с приходом новых участников группы Miomi, Kelly и Ghost’a, существует уже полтора года.

Что означают ваши никнэймы?


Miomi: У каждого ника в нашей группе своё происхождение, своя история и своё значение. Они не придумывались специально, это было дело времени. Miyomi в переводе с японского языка означает милый, MIoMI, в свою очередь, является созвучным псевдонимом.

Stinger: Мой никнэйм закрепился за мной примерно с двенадцатилетнего возраста. Была такая игрушка на популярной в давние времена приставке Sega, «Urban Strike» называлась. Ну, знаете, там вертолетиком таким зеленым надо летать, всякие задания выполнять. Так вот, Stinger там звали одного из со-пилотов — это была такая зловещего вида одноглазая тетенька, если не ошибаюсь, японского происхождения. Я почему-то всегда играл за нее, а потом стал себя так подписывать и в других играх, которые у меня были на картриджах для этой приставки. А потом вдруг появился интернет, и никнэйм плавно перетек туда. Так и понеслось…

Shatenew: Однажды, будучи маленьким мальчиком, я понял вполне простую жизненную закономерность: человек приходит из ниоткуда и уходит в никуда. И, по сути, был ты, есть ты, не было тебя… Пройдет пять лет — дай Бог, про тебя вспомнят человек двадцать — твои родные. Пройдет тридцать лет — все найдут себе миллион причин, чтобы про тебя не вспоминать. Пройдет сто лет — никто не вспомнит, что ты был. И меня настолько ужаснуло и поразило то, что это действительно так, что я решил: нет! Я был, я дышал, я говорил, я ненавидел, я любил, я что-то делал, чего-то не делал. Я был безумно гадким человеком, я был хорошим человеком. Но я был! И именно поэтому мой ник — это моя фамилия. Это не что-то, заменяющее меня. Я — это я. Я решил, что никнэйма у меня никогда не будет. Я всегда был Шатeневым, и Шатeневым остаюсь.

На отечественной сцене уже сложилась такая традиция, что без помощи влиятельного дяди пробиться крайне сложно...

Shatenew: А вы посмотрите на эту отечественную сцену повнимательнее! Кто там? В действительности, только те, у кого есть на что пробиться! В нашей стране талантлив не тот, кто талантлив, а тот, у кого есть деньги, ибо исключительно ради них на сцену все и лезут. А те, кто хочет в первую очередь заниматься творчеством и любимым делом, посвящая всего себя этому, и зарабатывать этим хотя бы какой-то прожиточный минимум, вынуждены, как мы, пахать столько лет подряд с утра до ночи и все делать своими руками. Но ни за какие деньги талант не купишь. Прошли те времена, когда люди слепо верили телевизору и проекты а ля Бис или Звери могли стать кумирами на десятилетия. Несмотря на то, что в них вложена уйма денег, а записано и снято все очень качественно, у них нет самого главного — идеи и творчества. Пробиться сейчас можно двумя путями: имея большие капиталовложения, быстро загореться и тут же погаснуть, выполнив долг перед продюсером, либо долго и упорно, несмотря ни на что, идти к своей цели и в итоге добиться желаемого. Те, у кого это получается, надолго остаются в сердцах и мыслях людей, потому что они искренни и действительно понимают, о чем говорят и что делают.

Как вы считаете, обязательно ли группе быть подписанной на лейбле или все можно делать самим?

Stinger: В определенный момент развития у любой группы, планомерно идущей к расширению рядов своих слушателей, появляется масса задач, имеющих лишь косвенное отношение к творчеству и музыке, либо вообще не имеющих к ним никакого отношения. Это издание дисков, съемка клипов и продвижение их в СМИ, организация и реклама концертных выступлений, изготовление фирменной атрибутики, создание и поддержка своих ресурсов в интернете и многое другое. Заниматься этим самостоятельно или подписываться под лейбл, поручая ему львиную долю этой нелегкой работы — дело каждой отдельно взятой группы, ведь не каждому по силам регулярно за всем следить и, не упуская ничего из виду, тянуть всё на своем горбу. Главное, на мой взгляд, не поступаться своими изначальными идеями и не идти на изменение своей концепции и стилистики в угоду аудитории или какому-нибудь продюсеру, с его точкой зрения на будущее группы. Если вы не группа Бис, конечно! (смеется)

Расскажите о распределении ролей в вашей команде. Как происходит генерация идей и технологический процесс создания новой композиции?

Miomi: Никита — идейный вдохновитель и создатель концепции группы. Идея группы AKADO — это мир, в который он нас посвятил: мир образов, красоты, гармонии, правды и жестокости. И каждый из нас, понимая и смотря на него по-своему, вносит в него частичку себя. AKADO — это огромное поле для разносторонней творческой деятельности. Я переживаю какой-то момент жизни, испытываю определённые яркие чувства или просто хочу выразить своё состояние музыкой, запоминаю или записываю её; или Никита передаёт свои чувства и эмоции в виде текстов или стихов, придумывая какие-то образы, сочетания. Идеи воплощаются в жизнь благодаря широким возможностям и потенциалу музыкантов и оттачиваются на репетициях. Никакой фантастики в технологическом процессе нет. Просто каждый знает, на что способен, и делает это на все 100%, отдавая себе в этом полный отчёт.

Готов ли уже новый альбом и если да, то когда он поступит в продажу?

Miomi: В данный момент мы находимся на стадии записи нашего дебютного альбома, который будет состоять из двенадцати треков. Сейчас уже записаны партии бас-гитары и барабанов, но впереди ещё много работы. Материал для альбома крайне разнообразен и интересен, он вместит в себя как старые, проверенные временем песни, так и новые, расширяющие и без того практически безграничные стилистические рамки.

Stinger: Ориентировочное время появления альбома на прилавках магазинов — первая половина осени этого года. Сейчас мы определяемся со студией, где будем производить сведение и мастеринг наших песен. Мы очень ответственно подходим к этому, потому что наша цель — добиться качества звучания как минимум западного уровня. А эта задача в нашем случае может оказаться совсем не тривиальной, учитывая специфику нашей музыки и, на мой взгляд, несхожесть ее с большей частью музыкального материала и направлений, которые сейчас записываются и издаются в нашей стране.

Shatenew: Своими песнями и этим альбомом мы хотим сказать людям, таким же как мы — вы не одиноки в своих взглядах на мир! Не вы ненормальны! Этот мир ненормален! Истина — это иллюзия, и мы сами решаем, что для нас хорошо, а что плохо, ибо это наша жизнь и никто не в праве нам запрещать прожить её так, как мы сами хотим! Я очень долго шел к нашему дебютному альбому и в нем будет отображена практически вся моя сознательная жизнь! На данный момент рабочее название альбома «2012», т.к. ключевой концепцией альбома будет мировой символизм числа 12 и все с ним связанное. В альбом войдут двенадцать композиций — все остальное пока секрет!

Почему вы отдаёте предпочтение стилю Visual rock?

Shatenew: Для меня никогда не было достаточно выражать свои мысли и идеи при помощи текстов и музыки: я всегда хотел, чтобы группа воспринималась целостно и все ее составляющие подчеркивали друг друга и представляли единую концепцию. Проще говоря, мне хотелось, чтобы группу было интересно не только слушать, но и видеть — что и объясняет стиль, которым мы себя характеризуем — визуальный рок.

Отличается ли ваш имидж в клипе и на фотосессиях от того, как вы выглядите в повседневной жизни?


Shatenew: Сценические образы группы, которые я придумываю и воплощаю в жизнь — это олицетворение нашего внутреннего мира, того, кем мы на самом деле являемся. Однако, помимо сцены, существует еще и серые будни. Страна, в которой мы живем, с ее «моральными» принципами и устоями, на данный момент не совсем готова к появлению на ее улицах столь смело и радикально смотрящихся личностей, поэтому мы вынуждены искать достойный, немного более «лайтовый» аналог. Мы давно искали бренд, который смог бы отобразить наше внутреннее состояние, и в начале 2009 года мы столкнулись с «Iron Fist», американским молодежным рок-брендом, одежда которого полностью соответствует имиджу группы AKADO. Кстати, наш последний тур по стране так и назывался — «Iron Fist Tour», и выступали мы именно в этой одежде. Это вызвало большой резонанс в рядах наших слушателей — кому-то понравились наши «casual» образы, кому-то нет. Что могу сказать — мы любим эксперименты, и для нас это было интересным опытом.

Насколько я знаю, вы устраивали аукцион, где выставляли на продажу свои инструменты и технику?

Stinger: Некоторое время назад мы с Kelly выставили некоторую часть нашего концертного аппарата на продажу. Целью этого были не какие-то наши финансовые интересы, а необходимость обновления аппарата, требования к которому неуклонно растут с повышением планки наших требований к качеству концертного звука и выступлений в целом. Учитывая то, что все оборудование мы покупаем для себя сами, а совмещать активную деятельность всех участников группы со сторонней работой уже не представляется возможным, продать те «железки», из которых ты «вырос», чтобы купить новые, подчас является очень хорошим вариантом. Да и действительно, ведь очень многие пишут нам, что хотят по разным причинам купить наши инструменты. Аукцион для них — отличная возможность! Кстати, счастливым обладателем гитары Kelly стала, как это ни странно, девочка из Америки, штат Техас, по имени Шелби.

Читала, что поклонники AKADO были бы рады, если бы их любимая группа выступила на Евровидении. Вы согласились бы представлять Россию? Или такой попсовый конкурс не для вас?


Shatenew: В этом году я внимательно смотрел этот конкурс и, надо сказать, я был поражен постановкой и грандиозностью сего мероприятия. Безусловно, оно мне понравилось. И во время просмотра я все больше ловил себя на мысли, что хотел бы стать частичкой всего этого! Более того, я полностью продумал и придумал наше выступление и само шоу для Евровидения с костюмами, декорациями, примерным звучанием песни и её настроением. Что касается попсовости Евровидения — и в попсе есть попса. Среди конкурсантов, помимо откровенной пошлятины и бездарностей, было несметное количество профи высшего уровня, и материал, который они выдавали, местами поражал меня. Я всегда был сторонником качества и всегда стремлюсь к нему настолько, насколько это возможно. Качество во всем, начиная от самой песни, её аранжировки и исполнения, заканчивая тем, как все это преподносится слушателю. А вот с последним у рок-музыкантов в нашей стране всегда были проблемы. Рок-музыке не хватает этого самого качества, престижности, если хотите. Неспроста рок-музыка у большинства людей ассоциируется с откровенным трэшем и симбиозом образов старого, немытого, бородатого байкера и не менее немытого панка. Но представьте, как здорово было бы выйти на сцену перед всей этой многомиллионной аудиторией и устроить настоящий бескомпромиссный интеллектуальный рок с грандиозным глянцевым шоу, к которому мы так стремились в нашем клипе «Oxymoron №2»! Да так, чтобы все смотрящие поперхнулись! Но боюсь, этого никогда не допустят люди, которые выбирают представителей от нашей страны.

У вас есть какие-нибудь необычные, оригинальные увлечения?

Miomi: Да, есть, причем у всех. Мы играем в группе AKADO. По-моему, весьма оригинально, необычно и увлекательно!

У вас не было проблем с сетью «АКАДО», которая предоставляет телекоммуникационные услуги?

Shatenew: У нас?! (смеётся) Вопрос нужно было поставить так: «Не было ли проблем у «Ренова-медиа» из-за имени AKADO?». Мы выступаем под этим названием, начиная с 2002 года, и тому миллионы подтверждений; а вот компания телекоммуникационных услуг «Ренова-медиа» лишь с 2008 года перешла на работу под единой маркой «АКАДО», в том числе — изменив наименования ряда отдельных компаний. Так, в частности, сама УК «Ренова Медиа» переименована в ЗАО «АКАДО» и ЗАО «Комкор-ТВ», которое с июня 2005 года использует марку «АКАДО» для обозначения своей цифровой сети и бренда. Более того, у меня есть 100% информация об осведомленности работников «Ренова-медиа» о творчестве нашей группы в момент принятия решения о переименовании бренда. Судиться с ними? Не та страна и не то финансовое положение. Да и само слово «akado», как оказалось впоследствии, присутствует в некоторых языках мира. Надеюсь, я достаточно развернуто ответил вам на этот вопрос.

Фото: (с) АNDRE

 

ROCK ORACLE ONLINE:


ПОИСК НА САЙТЕ: